– Да. Но я хочу знать точно. Поэтому и обращаюсь к тебе, – Роннан смотрел на курсантку почти безразлично. – Шею не выверни из плеч.

Кайндел покраснела и повернулась к нему затылком. Джип уверенно несся по заплатанному городскому асфальту, и прочие машины, если могли, уходили с его пути. Уж слишком уверенно он пер вперед – обыватели предпочитали не связываться. Мимолетом девушка подумала о том, что люди, борющиеся за порядок, все чаще ведут себя так же, как их оппоненты. Это объяснимо, легко можно оправдать высшей необходимостью, однако по ходу дела одних невозможно отличить от других. «Интересно, возникнет ли это различие позже», – подумала она.

О том, как должен выглядеть идеальный мир с позиции Ночи, координатора Алого Круга, а также всех ее сподвижников (с которыми у Организации и шла самая напряженная грызня), Кайндел знала достаточно. Если все пойдет так, как хотят они, то общество по социальной структуре вернется к временам замшелого феодализма, где элитой станут чародеи, а все остальные будут лишь расходным материалом. «Может, феодализм, как и монархия, имеют свои преимущества, – размышляла девушка, – но закон все равно должен быть един для всех. Если у общества будет хоть какая-то еще святыня, кроме закона (неважно, деньги это или сила магии), его нельзя будет назвать прогрессивным и перспективным.

Чародеи Круга, само собой, будут упорно стремиться к тому, чтобы в новом мире обладающие магической мощью непременно были «равнее» прочих, какие тут могут быть сомнения… Они никогда не станут ограничивать себя, если их к этому не принудят. Тут с самого начала все было ясно. Сама девушка не могла бы сказать твердо, чего она хочет на самом деле. Признаваясь себе самой в глубине души, она соглашалась, что это было бы здорово – принадлежать к элите, иметь особые права и возможности, словом, наслаждаться жизнью и не задумываться о серой массе обывателей под ногами.